Уголовный процесс включает несколько стадий – доследственная, когда проводится проверка сообщения о преступлении, стадия предварительного расследования в форме следствия или дознания и судебное рассмотрение уголовного дела, с последующим обжалованием состоявшихся судебных решений в апелляционном, кассационном или надзорном порядке.

Чем раньше уголовно-преследуемое лицо будет обеспечено квалифицированной защитой, тем выше возможности защиты, как говориться, «что записано пером, не вырубить и топором» — эта пословица подходит к уголовному судопроизводству более чем, а по сути, характеризует его.  

Целесообразнее всего озаботиться защитой, когда вам станут задавать вопросы правоохранительные органы в связи с поступившим заявлением какого-либо гражданина о привлечении вас к уголовной ответственности или поступившем из иных источников сообщении о преступлении, о вашей, якобы, противоправной деятельности. Даже объяснения, данные вами в ходе проверки сообщения о преступлении, т.е. до возбуждения уголовного дела, впоследствии могут играть негативную роль для выработанной позиции стороны защиты.

В соответствии с ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений статей 75 и 89 настоящего Кодекса. Соблюсти положения названных статей правоохранительным органам не сложно.

Таким образом, следствие и суды имеют законное право признать данное вами в ходе доследственной проверки объяснение доказательством вашей вины по уголовному делу, если такое дело будет возбуждено.

Уголовно-процессуальный кодекс не так давно значительно расширил процессуальные действия, допускаемые до возбуждения уголовного дела, основные из них: получение объяснений, образцов для сравнительного исследования, истребование документов и предметов,  с последующим их изъятием, назначение судебной экспертизы, производство осмотра места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требование производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлечение к участию в этих действиях специалистов, дача органу дознания обязательных для исполнения письменных поручений о проведении оперативно-розыскных мероприятий. По сути, все «активные» следственные действия, назовем их так, возможны в качестве процессуальных действий до возбуждения уголовного дела, а, следовательно, требуют активной защиты, ведь время работает против вас.

С другой стороны, если вы заявитель – обратились с заявлением о привлечении к уголовной ответственности кого-либо, если считаете, что в вашем отношении совершено преступление, то скорейшее позитивное разрешение такого вопроса  и в данном случае требует квалифицированного юридического участия и вот почему.

Не всегда, требования процессуального законодательства о законности, обоснованности и мотивированной принимаемого решения исполняются должностными лицами. Внутренние убеждения, которые позволительны с точки зрения уголовно-процессуального закона, могут быть у должностного лица не сформированными, то есть сырыми, вследствие отсутствия надлежащего опыта – второй составляющей подоплеки принятия решения.  Также принятию законного решения могут препятствовать: нагрузка —  количество поступающих заявлений о преступлениях значительно, а текучка кадровая к соблюдению сроков разрешения заявлений о преступлениях не ведет; статистика – от того, сколько будет возбуждено дел в отчетном периоде, сколько приостановлено в связи с не раскрытием преступлений и сколько направлено в суд, зависят показатели служебной деятельности правоохранительных органов, которые они портить не хотят, поэтому, при наличии состава преступления, решение о возбуждении дела может ждать  следующего отчетного периода, а потом и еще, и еще, и еще.

Вы можете вспомнить о сроках, разве их нет? Есть  — 3, 10, 30 суток – первые два могут быть продлены, но принятое итоговое решение может быть отменено руководителем следственного органа или прокурором, а материал направлен на дополнительную проверку, по итогом которой принимается новое решение, но и оно может быть отменено и так, по сути, бесконечно. Не редко этим пользуются правоохранительные органы, а время идет и следы преступления «исчезают». Поэтому процессуальным средствами нужно «заставить» органы следствия или дознания принять законное и обоснованное решение.

Возбуждение уголовного дела – это всегда сильный стресс, разум отказывает и необходим опытный хладнокровный взгляд на проблему с ее возможным развитием в перспективе. Как правило, органы расследования действуют по одному и тому же алгоритму, с некоторыми отступлениями в связи с особенностями расследуемого дела. Возбуждение уголовного дела не заставляет долго ждать задержания на 48 часов, допросы, предъявление обвинения, избрание меры пресечения в виде заключения под стражу, обыски. Важно на первоначальной стадии «следить» за следственными действиями должностных лиц, скрупулёзно фиксируя все нарушения прав подзащитного и оценивая вектор интереса органа расследования. При этом не всегда целесообразно указывать на допущенные нарушения сразу, иногда необходимо их «приберечь» до стадии ознакомления с материалами дела  или суда, но такое решение должно быть взвешенным.

И так, задержание на 48 часов с последующим арестом – избранием судом по ходатайству органа расследования меры пресечения в виде заключения под стражу происходит на 2 месяца. За это время следствие должно выполнить все очевидные следственные действия, в последующем, такая мера пресечения может быть продлена, как правило, на месяц, а может еще на три, все зависит от конкретного дела.

Вместе с тем, органы расследования обязаны представить суду доказательства необходимости ареста или его продления, а задача защитника представить доказательства несостоятельности убеждений органов расследования. Приходится констатировать, что в подавляющем большинстве случаев суд удовлетворяет «прошения» об аресте, исходя из интересов общества и государства, но при последующем продлении меры пресечения вопросы к органам расследования о целесообразности  дальнейшего  содержания лица под стражей у суда могут возникнуть. Конечно здесь большим подспорьем будет многочисленная практика Европейского Суда по правам человека и основанная на ней практика Верховного суда Российской Федерации, которая хорошо известна нашим специалистам. Как указывал Европейский Суд в ряде своих решениях — использование стандартного подхода о том, что обстоятельства, установленные при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу не утрачены, без ссылки на конкретные причины, свидетельствует об отсутствии оснований для продления меры пресечения, а, следовательно, и о нарушении положений п. 3 ст. 5 Конвенции.

Уголовно-процессуальный кодекс предоставляет широкий спектр следственных действий, по средствам которых происходит процесс доказывания.  Но существуют и правила для любого следственного действия. Например, допрос будь то подозреваемого, обвиняемого  свидетеля или потерпевшего, исключает возможность постановки наводящих вопросов, а протокол должен содержать хронологию как вопросов, так и ответов на них, конечно, не говоря о прямом запрете какого-либо  давления на допрашиваемое лицо или применение физической силы. И если суды на формальные нарушения требований к производству допросов глаза закрывают, опытный защитник получит из показаний допрошенного, например, свидетеля,  те необходимые сведения, которые позволят сделать вывод правдивости или ложности показаний, что позволит в суде задать те острые вопросы, которые выведут на чистую воду ложь.

Такое следственное действие как обыск, также имеет массу нюансов, несмотря на его внешнюю простоту.      

В соответствии  со ст.  25 Конституции РФ жилище неприкосновенно.  Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленным федеральным законом, или на основании судебного решения.

В своем постановлении по Делу «Мисан против Российской Федерации» Европейский Суд отметил, что в каждом деле необходимо определить, являлись ли соображения, указанные в качестве основания для проведения обыск в жилище «уместными» и «достаточными», и был ли при этом соблюден принцип соразмерности, обеспеченный достаточными и эффективными гарантиями от злоупотреблений и было ли вмешательство в конкретном случае соразмерным преследуемой цели. Критерии, которые Европейский Суд принимает при этом во внимание, включают способ и обстоятельства получения санкции на обыск, характер и содержание решения о производстве обыска, в том числе, способ проведения обыска с учетом особенностей обыскиваемых помещений и гарантий того, что последствия обыска не выйдут за рамки разумного.

В соответствии с ч. 1 ст. 182 УПК РФ основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела.

 Допустим, приняв решение о возбуждении уголовного дела, следователь «автоматом» должен выполнить ряд первоначальных (очевидных) следственный действий, чтобы, как указано в учебной и методической литературе, закрепить следы преступления, поэтому, на практике, следствие ошибочно считает основанием для производства обыска необходимость закрепления следов преступления саму по себе.

Вместе с тем, согласно сложившейся правоприменительной практике Европейского Суда, понятие «необходимость» подразумевает, что вмешательство соответствует насущной социальной необходимости и, в частности, что оно пропорционально поставленной законной цели. Определяя, было ли вмешательство «необходимо в демократическом обществе», Европейский Суд примет во внимание то обстоятельство, что договаривающимся государствам предоставлена определенная свобода усмотрения. Однако исключения, содержащиеся в пункте 2 статьи 8 Конвенции, необходимо толковать узко, а необходимость их применения в конкретно взятом деле должна быть убедительно установлена.

Наличие достаточных данных полагать — это не интеллектуальный продукт цепи умозаключений сам по себе — это законное, обоснованное и мотивированное решение должностного лица, принятое на основе процессуальных, оперативных, служебных материалов и документов,  содержащих достаточные данные, дающие в конечном итоге основания.

Иначе говоря, обыск может быть произведен, во-первых, при наличии данных —  доказательств, а не мнения. Во-вторых, данные не должны быть любыми, они должны быть в первую очередь достаточными, т.е. такие данные,  которые в совокупности отвечают требованиям достаточности для принятия в соответствии со ст. 7 (часть 4) УПК РФ решения о производстве обыска. Это означает, что наличие данных полагать о том,  что у кого-то, что-то, где-то имеется существенное для дела, не может быть достаточным условием для производства обыска.  Данные могут быть недостаточными.

В соответствии с правилами ч. 1 ст. 17 УПК внутреннее убеждение следователя, которое побуждает к принятию решений, во всяком случае, должно основывается на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств. На это же обстоятельство обращает внимание законодатель при формулировании оснований возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 140 УПК), вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого (ч. 1 ст. 171 УПК).

Следующее следственное действия, на которое стоит обратить внимание – это судебная экспертиза. Там, где нужны специальные познания, выходящие за пределы компетенции должностного лица, их отсутствие восполняется назначением и производством экспертиз.  Экспертизы довольно разнообразны – это судебно-медицинские, дактилоскопические, трасологические, авто-технические, строительные, бухгалтерские, фоноскопические, биологические, геномные и т.д. При их назначении следователь или дознаватель обязаны ознакомить подозреваемого, обвиняемого или потерпевшего  с вопросами, которые будут поставлены перед экспертом, а те, в свою очередь, могут предложить свои вопросы для разрешения экспертом. Однако для того, чтобы это сделать, необходимы знания и опыт, которых может не быть у заинтересованного лица, но они существуют у наших специалистов.

Судебная стадия. Здесь также в арсенал защиты закон дает не много – возможность допрашивать свидетелей обвинения и потерпевших; заявлять ходатайства об исключении доказательств, их исследовании, истребовании предметов и документов, вызове лиц для допроса и немногое другое, которые нужно мотивировать и которые, к сожалению, могут с легкостью отклоняться; предоставлять доказательства, однако, которые имеют меньшую доказательственную ценность в глазах суда, чем доказательства обвинения и скрупулезно проверяются; ну и еще, из значимых возможностей, защита может допрашивать свидетелей и специалистов, явившихся в суд по ее инициативе.

И вновь здесь на первый план выходят профессиональные качества адвоката, способность построить тактику защиты в таком русле, чтобы фальсификация, при ее наличии, была обнародована, а у суда не возникло желания расквитаться с подзащитным за активность его защитника. При всем при этом необходимо фиксировать нарушения, чтобы впоследствии о них говорить  в вышестоящих инстанциях, иначе, со ссылкой на состязательность процесса, вам во всем откажут напрочь.        

С учетом формата, это очень кратко о защите прав, остальное, после детального изучения обстоятельств дела. 

Advise Legis

Добавить комментарий